Видит Бог, я сопротивлялся, как мог. Но даже жена, для которой все это — другая Вселенная, склоняла меня к просмотру.
В итоге, мое сопротивление пало.
Какого-то сильного впечатления на меня сериал не произвел.
Да сделано хорошо, без заезженных клише, надоевших актеров и откровенной клюквы.
Но вау-эффекта не ощущаю.
В 1988 году, описанном в сериале, мне было 9 лет.
Я жил с родителями в Талнахе, городе-спутнике Норильска, занимался дзю-до и сходил с ума по фильмам про кунг-фу.
С подачи отца читал Джека Лондона, Майна Рида, Фенимора Купера и Рафаэля Сабатини: книги о сильных, смелых и благородных мужчинах, всегда готовых применить насилие, чтобы защитить справедливость.
Читал Стругацких, впитывая человечность и готовность совершить подвиг ради других.
Не имел понятия о группировках, осуждал хулиганов и преступников.
По классификации из сериала, я был чушпаном, и мне это не доставляло никаких неудобств.
В Норильске никто не проходил мимо пьяного, лежащего на улице, потому что это могло привести к смерти от переохлаждения.
На улице считалось хорошим тоном сказать незнакомому человеку, что он обморозил щеки или нос, и срочно надо принять меры.
Драки сразу бросались разнимать все, кроме участников.
Там была коммунистическая атмосфера взаимовыручки, и вообще, все относились друг к другу по-доброму.
Я рос добрым воспитанным мальчиком, чуть хулиганистым и любящим мордобой.
Все поменялось, когда мы с мамой переехали в Макеевку Донецкой области, и я соприкоснулся с улицей, где не было ни доброты, ни сочувствия.
Мне понадобилось около двух лет, чтобы осознать разделение между лохами и нормальными пацанами, и выбрать сторону.
Я хорошо учился, но всегда дружил с плохишами, поэтому выбор был предопределен.
Мама беспокоилась за меня и перевела из районной (самой плохой) в лучшую школу в городе, благо та тоже была недалеко.
Но это ни на что не повлияло: за два года я принял слишком много односторонних решений, к тому же, продолжал жить в том же районе и дружить с теми же людьми.
А они катились по наклонной: хулиганили, выпивали, кто-то начинал наркоманить. Большинства уже нет в живых, а кто остался — не радуют жизненными успехами.
В районах не было лидеров, способных сколотить группировку: парни, пришедшие из армии, сразу обзаводились семьями и работой, а блатари держались тихо и своим кругом.
Наверное, если бы хотя бы в одном районе города появился харизматичный пассионарий, все сложилось бы иначе, но тогда молодые люди представляли собой аморфную массу, не объединенную ни идеей, ни лидером.
У нас не было группировок и строгой организации, как в сериале. Были компании по интересам.
И были отпетые хулиганы-одиночки, слишком малочисленные, чтобы организоваться.
Среди остальных было непонятно, кто есть кто, так все было по-простому и естестенно.
Например, уже когда учился в институте и приехал к маме на каникулы, я встретил бывшего одноклассника, сына милиционера.
Он шел от другого одноклассника с аудиокассетами в руках. Я поинтересовался, и оказалось, что на кассетах «Беломорканал» и другой блатняк.
Удивился: Гриша с Ваней всегда были пай-мальчиками, а теперь тянутся к таким неожиданным вещам.
За одного из них я даже заступался в школе в приступе человеколюбия, а второго не трогали, опасаясь отца.
Когда я был в возрасте главных героев сериала, у нас не было битв район на район, хотя старшие рассказывали страшилки об арматуре, солдатских ремнях и даже заточенных складных метрах, которые в их времена шли в ход.
Максимум, что происходило на моей памяти — могли в чужом районе спросить «откуда» и забрать деньги или дать по голове, но без фанатизма.
Изредка на дискотеке в Северном парке мы, «зоновские», схлестывались с «черемовскими».
Но это тоже было редкостью и я стал в таком участвовать уже лет в 15-16.
Как сейчас помню удивленно-завистливое замечание парня на два года старше из моей школы: «Киреев, а ты крутой стал, на дискотеках дерешься!».
Он не дрался, и это давало мне повод для ощущения превосходства.
Но в конце 90-х, начале 2000-х все стало жестче. Появились настоящие «бригады» с блатными во главе, наркота скрутила район и весь город в бараний рог.
Я два года подряд возвращался в Макеевку после провальных попыток поступить в институт в Питере, и нырял в этот рассол, как свежий огурец.
Сам делал много нехорошего, за что сейчас совестно, и отлично вписывался в общий натюрморт.
Если бы отец не вмешался, скорее всего, лежал бы сейчас под полированным камнем «Димону от пацанов» или тянул очередной срок.
Пришлось лично быть свидетелем историй, в которых цинизм смешивался с животным прагматизмом в таких пропорциях, что не верилось. И это уже не развидеть.
Поэтому я не впечатлен жестокостью, показанной в сериале, и ригидностью установок персонажей.
Ничего нового.
А саундтрек отличный, и актеры молодцы.
